Заявление Общественного движения “Архнадзор”
[1]
1.
На ресурсах мэрии опубликован [2] для антикоррупционной экспертизы Проект планировки территории (ППТ) владения № 17/2 по Никольской улице. Это историческая гостиница «Славянский базар» с одноименным рестораном.
Округлое здание знаменитого ресторана, заброшенное в продолжение 33 лет, после пожара 1993 года, объект нашей Красной [3] книги, примыкает к уличному корпусу со двора.
В новейшее время часть помещений бывшей гостиницы занимал Московский Камерный музыкальный театр Бориса Покровского, переданный в 2017 году Большому театру; другую часть занимает «Культурно-исторический комплекс «Славянский»», сдающий помещения в аренду.
[4]
На листе планировки бросается в глаза выкрашенное желтым строение 2 — исторический флигель 1870-х годов с малым двором в юго-западном углу владения. Желтизна означает «освобождение территории», то есть снос.
[5]
Как это возможно? — спрашивается в порядке антикоррупционного обсуждения.
2.
Оказывается, еще в апреле памятник регионального значения с полным названием: «Гостиница и ресторан «Славянский базар», связанные со многими именами выдающихся деятелей русской культуры: П.И.Чайковским, А.П.Чеховым, Н.А.Римским-Корсаковым, К.С.Станиславским и другими» — исключен [6] из государственного Реестра распоряжением Михаила Мишустина. То есть попросту снят с государственной охраны тем единственным человеком, который может сделать это в силу действующего закона. Причем с охраны сняты и флигель (стр. 2), и главное здание гостиницы (стр. 1), и ресторан (стр. 1А).
[7]
Обоснование распоряжения содержится не в нем самом, а в акте историко-культурной экспертизы [8], висящем на сайте Министерства культуры России. На страницах 19-23 «черные» эксперты Ирина Крымова, Виктор Тихонов и Шарпудин Хаутиев отказывают дворовым фасадам и фасадам флигеля в архитектурной выразительности, а флигелю — еще и в мемориальной ценности. Главное здание объявлено утратившим мемориальную ценность по причине утраты части интерьеров и «обстановочного комплекса», который помнил великих посетителей.
Комментировать это излишне; заметим только, что многие дома великих, включая дома-музеи, утратили интерьеры и «обстановочный комплекс», а их фасады подчас не имеют архитектурной выразительности — и не обязаны иметь. Однако все они остаются памятниками.
[9]
Притом «эксперты» умалчивают в своих выводах об архитектурной выразительности уличного фасада и круглого ресторана работы архитектора Августа Вебера. Умалчивают они и о ценности нижней части здания — корпуса Синодальной типографии XVIII века работы архитектора Назарова, автора Странноприимного дома и других шедевров классицизма. Одновременно в приложении к акту экспертизы содержатся фотографии пышных интерьеров; но это не мешает писать, что их нет.
Словом, ясно, что готовится радикальная реконструкция «Славянского базара», и не исключено, что со сносом не одного только строения 2. Ясно и то, почему проект реставрации памятника, проходивший [10] экспертизу в 2021 году, до сих пор не реализован.
Проект фасада ресторана и театрального зала с сайта Закупок, 2025 г.
Планы поменялись.
3.
Дело попросту в том, что в 2023 году Большой театр возглавил Валерий Гергиев.
Почти одновременно с проектом планировки территории опубликовано [11] сообщение Депимущества Москвы об изъятии участка для госнужд. То есть о принудительном компенсационном выселении совладельцев. В частности, они выселяются из сносимого флигеля.
О дальнейшем можно только догадываться.
[12]
Впрочем, можно вспомнить по открытым источникам историю строительства второй сцены Мариинского театра на Крюковом канале в Петербурге. Четырнадцать лет, с 1999 по 2013 годы, Валерий Гергиев строил эту невообразимую архитектурную гадость вопреки сопротивлению петербургской градозащиты и широкого общественного мнения. Трижды или четырежды менялся проектировщик, причем однажды — по настоянию Владимира Путина.
Теперь Гергиева запустили на многострадальную Никольскую улицу Москвы. Улицу, на которой не осталось живого места от деятельности девелоперов и бездействия органов охраны наследия.
Нет смысла прогнозировать дальнейшее, то есть оценивать вероятности. Но моделировать нужно худшее.
После снятия со “Славянского базара” охранного статуса с ним может произойти всё, что угодно.
Это может быть опера похлеще «Геликона», разрушившего [13] усадьбу Шаховских на Большой Никитской. Тогда, в 2009-2011 годах, мы противостояли не одному только оперному коллективу Бертмана — Заславского. Мы противостояли вандализму «хозяйствующей интеллигенции», которая годами подавала пример девелоперам и просто бандитам. С тех пор интеллигенция воздерживалась от вандализма.
Спустя 15 лет в Москву пришел Валерий Гергиев.